Описание
Предварительно Земледелец подозрительны причисляется к рассказам о древних созданиях коми-пермяцкой мифологии. Он находит их выдумками, результатом воображения людей, устремляющихся разжевать непознанное. Сидя у костра, охваченный друзьями, он прослушивает их летописи о духах леса, водяных и прочих фантастических созданиях. На его личике читается неодобрение - он не понимает, будто совершеннолетные могут веровать в таковую чепуху. Земледелец постоянно был приземленным человеком, ценя материалы и доказательства. Однако, отчего-то в нем инициирует меняться, иногда он чувствует о классических обрядах и обычаях, какие подавались из поколения в поколение. Постепенно, зарываясь в атмосферу рассказов, Земледелец инициирует ощущать, что мир основательно просторнее его представлений. Он начинает примечать детали, какие прежде сбегали через его внимания: шёпот зефиры в листве, сверкание звёзд на ночном небе, аж тени, дующиеся на земле. Эти простые движимости будто обретают новоизобретенный смысл. Рассказы о фантастических созданиях останавливаются ради него не элементарно сказками, а частью цивилизованного наследия, парированием мудрости предков. Он начинает осознавать, что в любом из них заключён абсолютный смысл, некоторый возможно посодействовать постичь не исключительно ситуацию народа, однако и саму сущность человечного существования. Земледелец всё велико занимается мифами, и его скептицизм мало-помалу уступает пространство любопытству. Он начинает увлекаться тем, как эти басни воздействуют на современную культуру и на его личное воспринятие мира. чтобы дабы отбрасывать престарелые традиции, он ищет в них вдохновение. Земледелец решает, что ему необходимо не элементарно слушать, но также изучать, предаваться в историю своего народа. Тут-то странствованье он разыскивает не исключительно свежеиспеченные мысли и концепции, однако и самих себя, осознавая авторитетность связи промежду предыдущим и настоящим. Всякий рассказ останавливается ради него источником к пониманию больше сложноватого и многогранного мира.
