Описание
Попытка подробно реставрировать заключительные двунадесять времен из жизни Иисуса Христа - такое странствие в мир, где скрещиваются вера, мучение и искупление. Всякое мгновение, отчерченное в данной истории, заполонено совершенной символикой и значением. Вечерняя еда с учениками, популярная будто Еда, останавливается не исключительно заключительным моментом, однако и моментом утверждения свежеиспеченного завета. Иисус, арестовав хлеб и вино, выговаривает слова, какие видоизменят движение истории: «Сие потреблять Тело Мое» и «Сия потреблять Породу Моя». Эти слова, пронятые святостью, останавливаются базой христианской конфессии и напоминают нам о жертве, какую Он готовится принести. Поступающий момент - Гефсиманский сад, где Иисус, переживая совершенную искреннюю боль, возносится о предстоящих страданиях. Его молитва совершенна человечности и страха, но в именно это время воспроизводит совершенное завладение свободе Отца. Ученики, разыскиваясь рядом, засыпают, что символизирует человечную тусклость и неспособность постичь всю тяжесть момента. Данный момент ожидания и войны останавливается основным в Его пути к искуплению, где каждый шаг приближает Его к кресту и к исполнению пророчества. Заканчивает данный катастрофический и монументальный конец распятие. На кресте Богочеловек проверяет не столько физиологическую боль, но также внутреннее одиночество, когда, представлялось бы, весь мир отвернулся от Него. Слова, молвленные с креста: «Боже Мой, Боже ж ты мой! На какого хрена Ты Меня оставил? » останавливаются воплем души, отражающим глубины страдания. Впрочем аж в этот пункт уныния Он проявляет наибольшую любовь, прощая своих обидчиков. Эти последние моменты жизни Иисуса Христа остаются непреходящим напоминанием о множестве веры, симпатии и надежды, какие продолжают воодушевлять капиталы людей по всему миру.
